Главная » ОТДЫХ » 120 км по каналам Голландии: редактор Men’s Health у руля баржи

120 км по каналам Голландии: редактор Men’s Health у руля баржи

Наши редакторы уже крутили руль карьерного самосвала, тянули штурвал самолета. На этот раз Антон Зоркин уехал в Северную Голландию, уселся на капитанский мостик баржи-пенишета, чтобы пройти больше сотни километров по старинным каналам.

Зеленая тина облизывает каменные стены канала. По темной воде плывут два лебедя. Девушка неспешно катит на велосипеде по берегу. Мы нарушим эту провинциальную идиллию. Баржу сейчас несет прямиком в уютную стеклянную террасу, ее хрупкие стены нависают над водой. Я обреченно кручу штурвал и уже вижу недалекое будущее: битое стекло брызжет в реку, слышится треск и крепкие голландские ругательства. Ох уж эта мужская беспомощность перед новым транспортным средством. В первый раз садишься на мопед, а через минуту уже вынимаешь себя из соседского забора. Берешь, не спросив, ключи от машины отца и позорно глохнешь, перегородив половину улицы.

Все началось неделю назад на причале маленькой лодочной базы в тихом голландском поселке Лосдрехт. Новое механическое создание, с которым мне нужно было найти общий язык, невинно качается на волнах озера. Приятно познакомиться — судно Classic 1106FB, длина одиннадцать метров, высота два с половиной. Эта баржа оборудована для туристических целей: внутри есть кухня с холодильником, две маленькие спальни, гостиная. На палубе — стол и скамейка. Электрические приборы питаются от аккумуляторов, которые можно подзаряжать на оборудованных стоянках. Внутри баржи установлен дизельный двигатель в 37 лошадиных сил, он позволяет разгонять судно до 30 километров в час. На каналах это внушительная скорость, учитывая, что сами каналы очень узкие, в некоторых местах не больше десяти метров шириной. Жать тут на газ — все равно что пытаться разогнаться на мотоцикле в коридоре московской квартиры.

– Имей в виду, скоростной лимит — не больше девяти километров в час! Зато никаких прав на такого рода суда у нас не требуется. Ну ладно, если что, звони, — напутствует меня смотритель лодочной станции Ник.

Маршрут МН: Озеро Лосдрехт — Амстелвен — Эйтхорн — Вурден — Утрехт — озеро Лосдрехт. 120 километров пути за шесть дней

Стою на палубе, завожу ключом мотор, точно как в автомобиле. С управлением вроде все просто: есть штурвал, как руль машины. И еще рычаг скорости — газ: давишь вверх — плывешь вперед, тянешь назад — задний ход.

Когда внушительное (так мне кажется) судно медленно начинает отходить от берега, меня переполняет гордость за мужской род: умеем же мы укротить любую технику. Впрочем, триумф я чувствую, только когда плыву по прямой: стоит начать выполнять маневр, баржу сразу разворачивает в сторону и несет в какие-то совершенно ненужные места — в заросли, в чужие роскошные катера, в насупленных рыбаков на потертых лодках…

В путешествие мы отправились с супругой Юлией, которая специально прилетела в Голландию со своей рабочей конференции в Берлине. Это был принципиальный момент! Когда-то я завистливо читал биографию Жоржа Сименона: вдвоем с женой он жил на такой же вот барже, плавал по каналам Голландии и Бельгии и писал книгу. Теперь я, наконец, узнал, каково приходилось Жоржу! Он, как и я, прошел через одно из самых сложных испытаний в семейной жизни. Швартовка. Все выглядит так. Мужчине нужно подвести баржу к пристани, манипулируя рулем и газом, вписаться в проем между другими лодками. В этот момент спутница жизни обязана спрыгнуть на берег, быстро и правильно завязать на швартовочных столбах-кнехтах канаты. Если у нее не получается, ты тоже выскакиваешь на берег и пытаешься справиться с узлами. У нас все происходило примерно так:

– Я же говорила, что нужно правильно завязывать канат на кнехте. Зачем ты просто накрутил его? Теперь мы разобьем все лодки на пристани. Уничтожим эти хрупкие дома у воды. Сами утонем. А в Москве — кот!

– А-а-а. Сама завязывай! Я могу вообще ничего не делать, пусть баржу несет куда угодно, пусть нас посадят в тюрьму.

Пенишет во время семейного диалога, конечно, втихую разворачивается поперек канала и перегораживает дорогу всем проходящим судам. Чуть позже мне все же удается выправить баржу и кое-как впихнуть ее в узкий промежуток между двумя лодками. Вдвоем с Юлей мы снова старательно завязываем канаты на швартовочных столбах. Семейная жизнь временно спасена!

А вот еще один тревожный для отношений момент — его Жорж Сименон никак не мог испытать в те далекие годы: прохождение автоматических разводных мостов. Здесь нужно проявить настоящий командный дух, быть своему партнеру опорой и поддержкой, не нервировать.

– Правее! Нет, тормози… Ой, палка сейчас выпадет!

Юля стоит на носу судна и, как средневековый пехотинец, пытается поразить цель: попасть узким концом швабры в кнопку, которая прикреплена к стоящему в воде столбу. Ну да, мы видели, что у других это получалось играючи. Некоторые как-то обходились без швабры — они просто подплывали и нажимали кнопку рукой. У нас иначе: баржа то слишком далеко от столба, то, черт, быстро проносится мимо. Цель оказывается поражена только спустя минут двадцать. Когда мост медленно разъезжается, мы радуемся так, словно разобрались с механизмами на Международной космической станции.

Здесь стоит рассказать, что наша баржа — потомок старинного европейского транспортного средства, которое тоже называется «пенишет». Такие суда уже несколько сотен лет используют на каналах в Нидерландах, Франции и Бельгии. На пенишетах грузы перевозили по каналам вглубь материка. Такие суда специально делали в форме параллелепипеда, чтобы на баржу можно было сложить больше груза, а не развить большую скорость. В старые времена, когда у подобных барж не было двигателя, их тянули по каналам бурлаки или тяговые лошади. Сейчас по каналам, где плыву я, по-прежнему возят грузы. На пути встречаются баржи, заваленные какой-то старой мебелью, досками или бытовой техникой. Туристов вроде нас тоже попадается достаточно.

Источник

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*

Перейти к верхней панели